Гибель и память
Человек, который не отдал свой дом.
Последний день барона
Весной 1920 года в Баку пришла советская власть. По преданию, красноармейцы ворвались в дом Мухтарова и въехали верхом прямо в его дворец. Для гордого хозяина это было невыносимым оскорблением — позволить топтать конями дом, построенный из любви.
28 апреля 1920 года Мухтаров встретил незваных гостей с оружием в руках. Не пожелав сдаться и отдать свой дом на поругание, он застрелил нескольких солдат, а затем покончил с собой. Так оборвалась жизнь человека, который сам себя создал — на пороге эпохи, не оставлявшей места таким, как он.
Лиза и близкие
После гибели мужа Лиза Туганова покинула Баку. Семейные фотографии Тугановых и Мухтаровых — почти всё, что осталось от их частной жизни. Но история их любви, воплощённая в Дворце счастья, пережила и революцию, и забвение.
Что осталось после него
Мухтаров ушёл, но остались его дела: Дворец счастья, мечети, дороги, открытые им для учеников. Сегодня его имя — это память о целой эпохе нефтяного Баку, о людях, которые поднялись своим трудом, и о трагедии, которой обернулась для них смена времён.
Коротко о главном
Бакинский нефтепромышленник, инженер-самоучка и меценат конца XIX — начала XX века, прошедший путь от простого рабочего до владельца буровой фирмы.
Своими изобретениями в бурении («Бакинская буровая система»), благотворительностью и знаменитым Дворцом счастья в Баку, построенным для его жены.
Дворец Мухтарова (Саадат сарайы) — здание в стиле французской готики, построенное в 1911–1912 годах архитектором Юзефом Плошко; сегодня в нём Дворец бракосочетаний.
28 апреля 1920 года, при установлении советской власти: не пожелав отдать свой дом красноармейцам, он застрелил нескольких из них и покончил с собой.
Лиза (Елизавета) Туганова — осетинка из знатного рода; для неё и был построен дворец. Она основала первое женское мусульманское благотворительное общество.
Дворец счастья, мечети в Амирджане и Владикавказе и память о нём как о человеке, сделавшем себя сам и не предавшем своего достоинства.
Он не отдал свой дом — и тем превратил его в памятник не только любви, но и несгибаемого достоинства.